Головна сторінка Статті Советский Нино Рота 50-х годов. Раздумья об Анатолии Лепине
Советский Нино Рота 50-х годов. Раздумья об Анатолии Лепине
Написав Олександр Різник   

В последнее время в России заговорили о композиторе Анатолии Лепине. Увы, не в связи с его творчеством, а в связи с… имущественным скандалом, разразившемся вокруг его бывшей квартиры в центре Москвы. Разразился скандал после смерти вдовы композитора, которая пережила мужа почти на четверть века. Словом, не было б счастья… Впрочем, этой грязной, пропитанной торбохватским цинизмом истории посвятили пространные материалы «Московский комсомолец» и «Недвижимость России». Пусть себе пишут! А наше дело – поговорить о Лепине как композиторе, вспомнить о его трудах во имя искусства,- хотя бы затем, чтобы увидеть ужасающий контраст между светлой личностью Мастера и нынешними низменными страстями.

Впрочем, к написанию этих, быть может, несколько пафосных и «зашкальных» заметок, их автора спровоцировали строки в одной из газет. Журналистка ничтоже сумняшеся отметила, что композитор А.Лепин был «всячески обласкан государством», что он - «лауреат государственных премий» и обладатель множества других знаков внимания со стороны государства. А в качестве самого весомого аргумента «обласканности» привела… его четырехкомнатную квартиру в центре Москвы. Эх, златоусты пера! Да вы хоть знаете, что такое государственная фавора, да еще в советские годы?!

Коль скоро племени младому-пишущему столь не досуг заглянуть даже в святцы БСЭ, позволю себе прибегнуть к небольшому ликбезу.

В СССР главным критерием государственного признания заслуг композитора было присвоение ему почетных званий. Высшее среди них - звание народного артиста СССР. Ступенью ниже располагалось звание народного артиста союзной республики (скажем, народный артист РСФСР, УССР и т.д.). Еще ниже – звание заслуженного артиста (для музыкантов-исполнителей) и заслуженного деятеля искусств (для композиторов) республики. Наконец, в самом низу «лестницы почета» находилось звание заслуженного работника культуры республики (как правило, его обладателями становились директора домов культуры, библиотек и прочих «культпросветных» учреждений, а также чиновная братия за особые заслуги в «строительстве советской культуры»). Присваивались звания поэтапно: чтобы стать народным артистом республики, следовало получить звание заслуженного; а получить звание народного артиста СССР мог только народный артист республики. Впрочем, бывали исключения. Однажды «главный коммунист страны» Н.С. Хрущев прослезился при выступлении заслуженного артиста УССР Дмитрия Гнатюка и воскликнул: «Да это же народный артист!» На следующий день Президиум Верховного Совета СССР - формально высшая инстанция, которая присваивала почетные звания - издал указ о присвоении Д.Гнатюку звания народного артиста СССР (минуя «республиканскую» ступень). Цена слезы Генсека была неизмеримо выше цены закона и порядка.

Наряду с этим, существовали еще такие формы государственного отличия творческих работников, как присуждение общесоюзных и республиканских премий в области литературы и искусства. Высшей среди них была Ленинская премия, ступенью ниже - Государственная премия СССР (при И.Сталине именовалась Сталинской премией). Награждались «творцы советского прекрасного» и орденами, главный среди которых – орден Ленина, далее, в порядке убывания, следовали ордена Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, «Знак почета» и т.д. А самым почетным среди всех советских званий было звание Героя Социалистического Труда (для пущей весомости – каждое слово с большой буквы).

Кем же с точки зрения советской наградной табели был композитор Анатолий Лепин – автор бессмертной музыки к кинофильмам «Карнавальная ночь», «Солдат Иван Бровкин», «Девушка без адреса», «Дайте жалобную книгу», автор множества песен, которые исполняли ведущие эстрадные и оперные певцы Советского Союза, песен, которые свежо и современно звучат поныне? Композитор, создавший музыку к шести фильмам Эльдара Рязанова? Композитор, чьи песни в прошлом не уступали в популярности плодам творчества его «высокопризнанных» современников – И.Дунаевского, В.Соловьева-Седого, Н.Богословского, Б.Мокроусова, А.Новикова, М.Фрадкина? Не поверите, но Анатолий Лепин был всего лишь… заслуженным деятелем искусств Латвийской ССР! Но еще обиднее то, что имя композитора выпало из общественного слуха. Музыка на слуху, а имя создателя – нет как нет. Музыку «Карнавальной ночи» знают все от мала до велика, а кто ее написал – правильно скажет только искушенный интересант.

Для сравнения: современные Лепину и сопоставимые с его (а порой и уступающие ему) вкладом в искусство композиторы-песенники И.Дунаевский, М.Блантер, Н.Богословский, В.Мурадели, А.Новиков, В.Соловьев-Седой, С.Туликов, М.Фрадкин получили звания народных артистов СССР, а иные из них (порой неоднократно) были лауреатами государственных премий. Сигизмунд Кац и Оскар Фельцман стали народными артистами РСФСР. Борис Мокроусов был лауреатом Сталинской премии. В то же время, сколько было титулованных «народных» композиторов, от которых даже следа в народной памяти не осталось!

Правда, совсем без «борзых щенков» со стороны государства тоже не обошлось. Два ордена Трудового Красного Знамени и орден «Знак Почета» для советского композитора – награды немалые. Но за что? Впрочем, об этом – позже.

Кто же он, композитор Анатолий Лепин? Какова высота горы Лепинии в гряде знаменитых «песенных гор» страны под названием СССР?

Вообразив себя не музыковедом, не культурологом, а простым и неискушенным слушателем (или, как выражаются умствующие модники, «потребителем культуры»), позволю себе автобиографическое отступление, связанное с первым знакомством с музыкой и именем композитора.

Меня, младшекласника, в свое время поразили острые, раскованные джазовые ритмы, «смеющийся саксофон» в короткометражке «Как создавался Робинзон» и пляшущие буквы в титрах - «композитор А.Лепин». Скромно так! Не раз эта фамилия мелькала и в титрах других фильмов. Мелькала – и таяла в памяти. Ведь фильмы смотрелись не ради музыки, а ради «чего-то интересненького». Видимо, в детстве, еще не имея своих заслуг, мы не в состоянии сложить цену заслугам чужим.

Много позже на музыке А.Лепина заострил мое студенческое внимание преподаватель курса «народное музыкальное творчество» Владимир Александрович Матвиенко. Человек он был чудной и эпатажный, склонный к остро парадоксальным суждениям, за что его любили студенты и сживала со свету профессура. На одной из лекций, посвященной связи народной и «композиторской» музыки, он повел речь о кинофильме «Карнавальная ночь», высказав весьма памятную мысль: «Карнавальная ночь» была актом антисталинской культурной революции, а музыка Анатолия Лепина – знаком и орудием этой революции. Джаз, о котором в сталинские времена писали «сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст», из явления «чуждого советскому человеку» превратился в норму и позитив повседневной советской жизни. Напротив, былые носители «истины в последней инстанции» в лице Огурцова превращены в посмешище».

После лекции я осмелился спросить у Владимира Александровича:

- А как же Бывалов в кинофильме «Волга-Волга»? Ведь он тоже бюрократ и профан в искусстве, назначенный руководить культурой?

- Заметьте, Бывалов к концу фильма исправляется. Огурцов же – безнадежно неисправим!

- Почему же А.Лепин в нашей официальной науке не поставлен в один ряд с Блантером или Соловьевым-Седым? Мало того, в учебниках по истории музыки он даже не упоминается!

- Кстати, Лепин был всего лишь заслуженным деятелем искусств Латвии. В то время, как иные серости имеет и народных СССР, и Госпремии, и даже Героя Соцтруда …

- Как же так?!

- А вот так. Недавно я задал такой же вопрос одному министерскому чинодралу. Знаете, что прозвучало в ответ? «Лепин?! За что ему давать народного! За «Карнавальную ночь?!» Это же подрывной фильм! После него бардак в стране начался! У молодежи одни гульки-танцульки в голове! Да я бы перед Рязановым и Лепиным вообще все двери киностудий запер. А иуду Пырьева снял бы с должности и из партии исключил». Тогда я ему в ответ: «Пусть Вам не нравится «Карнавальная ночь», но «Дайте жалобную книгу»… «Что?!! Да там же сценарий Галич написал. Галич!!! Вы газет не читаете?! Где Вы работаете?!!»

Обобщая процитированную тираду, Владимир Александрович эмоционально заключил:

- Огурцовы неистребимы, они по сей день руководят культурой. И не только домами культуры, но и намного выше. В жизни они куда страшнее, чем в кино. Если страной руководят просто безнадежные люди, то культурой – самые безнадежные! Словом, я Вам ничего не говорил, а Вы ничего не слышали.

На дворе стоял 1975 год…

vСравнительно недавно новый всплеск интереса к музыке А.Лепина у меня вызвал авторимейк Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь-2». Признаться, фильм по-рязановски мастерский и впечатляющий. Но при его просмотре я то и дело испытывал чувство «не своей тарелки». Потом догадался, почему: не хватало музыки Анатолия Лепина! Светлой, доброй, устремляющей вдаль. Музыки, без которой немыслима не только та, первоначальная «Карнавальная ночь», но и любые, связанные с ней, мысли и представления.

Задаваясь все тем же вопросом «Как же так?!», всплывшем в памяти спустя три десятилетия и остро занывшем, будто запущенный больной зуб, я обратился с ним к одной музыковедческой матроне – из той породы, которых в просторечии именуют «музыковедьма». После того, что услыхал в ответ, более точной стигмы не подберу:

- Лепин? Да у него же своего стиля не было! То он под Дунаевского работал, то под Мокроусова, то под Цфасмана. А в 60-е старик вообще спятил, стал молодежи подражать. О чем Вы говорите? Какой он классик?

- Но ведь народ любил его песни! Молодежь их под гитару пела и поет!

- А то Вы не знаете, что у народа дурной вкус! Кстати, песни про Сталина, написанные Лепиным, слышали?

Словом, если при власти – огурцовы, а их советники – огурчихи, то обида за такую державу канет всуе.

……

Что же писали и пишут о композиторе А.Я. Лепине?

В доперестроечных изданиях информация о композиторе представлена скупыми биографическими справками в специализированных энциклопедических изданиях, посвященных музыке и кинематографии. В частности, в «Энциклопедическом музыкальном словаре» 1966 года отмечено, что А.Лепин – «латышский и русский советский композитор», далее – представлен перечень основных произведений, а информация о песенном творчестве композитора ограничена одним единственным словом – «песни» и точкой с запятой после него. В 3-м томе «Музыкальной энциклопедии» (1976 г.) Лепин фигурирует уже просто как «советский композитор» без какого-либо национального отнесения. Здесь представлена уже более подробная биографическая справка о композиторе, приведены варианты написания его фамилии (Лепин, Лепинь, Лепиньш), даже дана краткая характеристика творчества композитора:

«…преимущественно уделяет внимание работе в области музыкального театра; оперетты Лепина ставятся на сцене многих театров СССР. Широкую популярность завоевали песни Лепина, в т.ч. из фильмов». Затем в изложенном более мелким шрифтом списке сочинений о песнях А.Лепина сказано: «песни, в т.ч. цикл Солдатские дороги (для солиста и хора, сл. Ф.Лаубе, 1967».

Вскоре после смерти композитора (24 октября 1984 г.) в издательстве «Советский композитор» в 1986 г. вышел в свет объемный нотный сборник композитора «Избранные песни», предисловие к которому тоже написала Г.Голуб.

Безусловно, публиковались отклики на отдельные произведения и творческие вечера А.Лепина в советской прессе, у него брали интервью на радио и телевидении, композитора приглашали в различные конкурсные жюри и комиссии. Все это позволяет говорить о том, что Мастер при жизни – пусть, не особым, «звездным», но хоть каким-то образом был официально замечен и привечаем.

В то же время, «очереди» на профессиональное исследование творчества А.Лепина так и не выстроилось – ни при жизни Мастера, ни после (а, может, «госзаказа» на такие исследования не было?). Пожалуй, единственным более-менее глубоким исследователем его творчества стала музыковед-журналист Гуна Голуб, написавшая о композиторе две книжки под - в 1975, в которой впервые в советской литературе упомянуто его этнически латышское происхождение, и в 1988 годах. Особо следует отметить вторую из них, изданную вскоре после смерти композитора. Автор провела поистине подвижническую работу, собрав воспоминания об А.Лепине видных деятелей искусства, работавших с ним бок о бок, составив максимально полный список его произведений (по крайней мере, самый полный из всех, которые встречаются в литературе об А.Лепине) и список публикаций о композиторе. Не берусь утверждать, что в работах Г.Голуб дан глубокий профессиональный анализ творчества А.Лепина, но жизненный путь композитора, его характеристика как личности весьма содержательна и интригующа.

Некоторые шаги к популяризации имени и творчества А.Лепина делаются и в постсоветское время. Прежде всего – благодаря энтузиазму поклонников песенного творчества, усилиями которых составлен ряд Интернет-страниц, посвященных А.Лепину: помещена биографическая справка о нем в Википедии, записи более сотни песен композитора выложены на сайтах «Красная книга российской эстрады» и «SovMusik.ru». В «Красной книге…» размещена также биографическая справка о композиторе с краткой характеристикой его песенного творчества. Сайт «academic.ru» содержит ссылки на ресурсы, где размещены биографические сведения о композиторе. Практически всюду русский вариант имени и фамилии композитора соседствует с латышским – Анатолс Лиепиньш, слова о «широкой известности» его песен сменили слова об «огромной популярности» и т.п. Отдельно считаю своим долгом отметить информацию о связях Лепина с Латвией, размещенную по адресу: http://www.mixnews.lv/ru/culture/news/2011-01-05/55712.

……

Теперь впору обратиться к жизненному пути композитора и его творческому наследию, вперяя наиболее пристальный взгляд в золотой фонд его творчества – песни и киномузыку.

Родился Анатолий Яковлевич Лепин в 1907 году в Москве в семье настройщика музыкальных инструментов, латыша по происхождению, Якова Лиепиньша. Латышская фамилия отца превратилась в русскую, скорее всего, после его переезда в Москву. По крайней мере, Анатолий уже родился Лепиным. Не преследуя цели повторять биографические сведения о композиторе, которые освещены в других источниках, позволю себе заострить внимание на профессиональном образовании, которое получил будущий композитор. Сперва он мечтал стать киноактером и в 1925 году поступил в Государственный техникум кинематографии. Вскоре тяга к музыке пересилила и в 1926 г. он переводится в Музыкальный техникум им. братьев Рубинштейнов, мечтая стать пианистом. Но в итоге своей «образовательной одиссеи» в 1936 г. оканчивает композиторский факультет Московской консерватории по классу известнейшего педагога и композитора Анатолия Александрова (ученика классика русской музыки И.С.Танеева). Сам факт получения столь серьезного музыкального образования делает кощунственным какое-либо соотнесение композитора А.Лепина с расхожим стереотипом композитора-«попсовика», весь процесс сочинения музыки которым сводится к напеванию или насвистыванию мелодии, которую фиксирует находящийся рядом аранжировщик и «доводит до состояния песни». Напротив¸ профессиональный композитор настолько сноровисто владеет основами «конструирования» музыкальной ткани, секретами оркестрового и хорового письма, что всю фактуру произведения, до последней ноты, до последнего штриха и динамического знака выписывает сам, даже не помышляя прибегать к услугам аранжировщиков и прочих «творческих подсобников».

Как отмечают биографы, уже в студенческие годы А.Лепин испытывал исключительный интерес к джазу, даже написал концерт для фортепиано и… джазового оркестра, немало смутивший профессоров-«академистов».

Согласно открытым советским источникам, первым произведением А.Лепина, обратившим на себя внимание публики (видимо, и власть предержащих тоже), была песенная сюиту «Дорога героев», написанная в 1938 г. «Источники» можно понять: известность советского композитора должна начинаться с «идейно выдержанных» произведений, желательно на героико-патриотическую тему. На мой же субъективный взгляд, первыми успешными шлягерами композитора, с легкостью «повисшими на слуху», стали фокстрот «Летная песенка» и танго «Хороший мой». Песни вошли в репертуар Эдит и Леонида Утесовых. А сам факт признания творчества молодого композитора авторитетнейшим мастером советской эстрады Л.Утесовым – уже знак доброй судьбы!

Тогда же, на исходе 30-х, разлетелась по стране и мелодия другого танго А.Лепина - «На карнавале» (стихи А.Жарова), великолепно исполненная и записанная на пластинку популярной актрисой Надеждой Казанцевой. В исполнении Казанцевой прозвучала и «Весенняя песня» в кинофильме «Весенний поток» (1940 г.) – первой киномузыкальной работе А.Лепина. Нелишне упомянуть и написанную в 1940 году детскую песенку «Здравствуй, ёлка» на стихи В.Лебедева-Кумача («Шире круг, шире круг, здравствуй, наш веселый друг!»).

В годы Великой Отечественной войны А.Лепин получает известность как участник фронтовых концертных бригад и автор ряда песен на военную тематику. Некоторые из них хватают за душу и сегодня:

Эй, трубач молоденький, заиграй такое,

Чтобы наша молодость потекла рекою.

(слова М.Светлова).

И крылатые строки В.Лебедева-Кумача «Кто сказал, что надо бросить песню на войне» разлетелись по фронтам и тылам тоже с музыкой А.Лепина!

Однако…

В годы войны в биографии А.Лепина происходит ощутимый поворот. Он становится автором музыки… Государственного гимна Латвийской ССР! Именно за эту работу композитор получает свое единственное почетное звание заслуженного деятеля искусств Латвии! Не за любимые народом лирические песни, не за музыку к кинофильмам, не за музыкальные комедии, а за одно-единственное сочинение – республиканский гимн! Словом, в этом месте, пожалуйста, поподробнее.

Еще во время войны советское руководство принялось будировать вопрос создания Организации Объединенных Наций, в которой Советский Союз играл бы ведущую роль и диктовал свои условия всему остальному миру. Проще говоря, руководил всем земным шаром. Но для этого в ООН требовалось иметь достаточное количество своих сторонников. И тогда возникла авантюрная идея ввести в нее все союзные республики СССР на правах якобы самостоятельных государств. Из Кремля в республики поступила команда в экстренном порядке создавать все внешние атрибуты «самостоятельности» - государственный флаг, герб, гимн. Нетрудно догадаться, что к выполнению столь важной политической задачи допускались только особо доверенные (и проверенные «компетентными органами») лица. Списки авторов «государственных гимнов» составлялись в ЦК республиканских компартий и согласовывались с секретарем ЦК КПСС по идеологии А.А. Ждановым (не исключено, что их просматривал лично И.Сталин). Среди обязательных требований к авторам были также принадлежность к титульному народу соответствующей республики и постоянное проживание на ее территории. Иными словами, авторов подбирали исключительно из «местных». Исключение делалось для республик Средней Азии ввиду отсутствия «национальных» композиторов-профессионалов. Во всех остальных союзных республиках упомянутые «правила» соблюдались неукоснительно, но в Латвии…

Почему написание гимна Латвии доверили уроженцу и жителю Москвы, который работал исключительно в лоне русской культуры, никогда прежде в Латвии не жил, к латышскому языку и музыкальному фольклору в творчестве не обращался, хотя и был этническим латышом? Неужели на всю Латвию не нашлось достаточно лояльных властям и классово безупречных композиторов?

Видимо, А.Лепин оказался в нужном месте и в нужное время.

В 1942 г. для поддержания боевого духа латышей, сражавшихся в рядах Красной Армии, старанием и радением руководства Латвийской ССР создавался Латвийский государственный художественный ансамбль. Но возникла проблема: поскольку практически все профессиональные латвийские композиторы остались на оккупированной территории, пришлось искать композитора-латыша за пределами Латвии. В результате вышли на А.Лепина, который оказался для властей подлинной находкой. К тому же, имел «правильное» классовое (не буржуазное и не дворянское) происхождение. А его фронтовые песни пришлись по сердцу тогдашнему председателю Верховного Совета Латвийской ССР Августу Кирхенштейну! Согласно все тех же открытых источников, именно он и стал первым «государственным» покровителем А.Лепина. Именно он порекомендовал композитору принять участие в конкурсе на написание музыки Государственного Гимна Латвийской ССР, который состоялся весной 1944 г.). Именно Кирхенштейн пригласил молодого, но уже популярного композитора на работу в Латвию в 1945 году!

Словом, композитор получил свое единственное почетное звание еще на старте музыкальной карьеры, когда за его плечами не было ни «Карнавальной ночи», ни «Ивана Бровкина», ни «Девушки без адреса», ни балетов, ни оперетт, ни блистательного Третьего фортепианного концерта! Почти все, чем он снискал народную любовь и признание в кругах меломанов, было создано позже. Спасибо Партии хотя бы за «трудовые» ордена!

Представим себе, что вместо А.Лепина музыку латвийского гимна написал бы другой композитор. Как бы тогда сложилась судьба А.Лепина?

К связям композитора с Латвией и его «трудовым» орденам мы еще вернемся. А пока что приглядимся пристальнее к песенному творчеству и киномузыке А.Лепина в период, который можно назвать «двадцатилетием взлета»: с 1946 г. до середины 60-х годов. В этот период творчества композитора, на мой взгляд, может выделить 3 основные вехи:

- музыку к кинофильму «Здравствуй, Москва!» (1946 г.), песня из которого «Нас улица шумом встречала» стала первым мегашлягером А.Лепина, получившим не только всесоюзную, но и международную известность, а композитор зарекомендовал себя как выдающийся мастер «парадной», «торжественной» песни, которую вся страна может петь водночасье. Мелодия припева «Мы идем, мы поём» стала позывными Московского радио. Говоря начистоту, А.Лепин бросил перчатку самому И.Дунаевскому.

- музыку к кинофильму «Карнавальная ночь» (1956 г.) - первому в послесталинском СССР фильму, где концентрированно собран весь «музыкальный аполитизм» тогдашней страны, причем такой аполитизм, который взапой подхватило едва ли не все «перспективное население» страны (т.е. молодежь и среднее поколение). Джаз, шансон, танго и фокстрот, «салонные» романсы в немалой степени благодаря этому фильму – и музыке А.Лепина – перестали считаться атрибутами «загнивающего Запада» и «проклятого прошлого». Фильм дал толчок к стремительному обновлению советской эстрады молодыми исполнителями, многие из которых стали всенародно популярны благодаря участию в нем и исполнению песен А.Лепина, более того – к зарождению отечественного шоу-бизнеса (пусть даже и неофициального).

- музыку к кинофильму «Дайте жалобную книгу» (1964 г.), в которой А.Лепин воочию демонстрирует свою способность шагать в ногу с «музыкальным временем», существенно обновляет стиль своей музыки, широко применяет электромузыкальные инструменты, органично встраивается в новый эстрадно-песенный мэйнстрим, явленный молодой творческой порослью - А.Пахмутовой, Э.Колмановским, А.Петровым, О.Фельцманом… Вероятно, это первый советский художетсвенный фильм, в котором использован твист – модный в то время танец, увлечение которым советской молодежью вызывало немалое раздражение властей.

Этапные фильмы, будто пики в горной гряде, предстают в окружении предгорий, особенно плотно сбившихся в 50-е годы. В 40-е годы музыка к фильму «Здравствуй, Москва!» явственно возвышается над другими киноработами А.Лепина, включая музыку к кинофильму «Красный галстук», вальс из которого вполне привлекательно звучит поныне. В 60-е годы «плотность гряды» заметно гуще - «Человек ниоткуда», «Деревенский детектив», «Приключения Толи Клюквина», «Король манежа» (музыкальные интермедии из этого фильма впоследствии часто использовались в популярных телепередачах «Под куполом цирка»). Зато в 50-е годы, без преувеличения, написано процентов 70 всей популярной киномузыки Лепина! «В степи», «Чук и Гек», «Мы с Вами где-то встречались», «Солдат Иван Бровкин», «Весенние голоса», «Удивительное воскресенье», «Девушка без адреса», «Иван Бровкин на целине»... И в каждом фильме – песня. А в «Карнавальной ночи», «Мы с Вами…», «Бровкине» и «Девушке» - целая россыпь песенных шлягеров и инструментальных мелодий, в зажигательных ритмах которых кружилась вся страна. Можно смело утверждать, что А.Лепин, начав успешно «шагать по жизни» в сталинскую эпоху, достиг творческого расцвета именно в эпоху Оттепели, а его наиболее популярные песни стали музыкальными маркерами этой эпохи.

Нелишне заметить, что большинство композиторов-«эстрадников», как правило, эксплуатируют одни и те же, «накатанные» приемы выразительности, некогда принесшие им успех. Такие композиторы подобны всаднику, нещадно загоняющему коня, особо не задумываясь над тем, что однажды конь на полном скаку рухнет замертво. В противоположность этому «эстрадному большинству» А.Лепин - композитор разносторонний, многоплановый. Видимо, свою роль сыграла юношеская мечта стать кинорежиссером, а с нею – и способность чутко проникаться внутренним миром киногероев, являть на люди их «музыкальную душу», отливая ее в форму песни. Поскольку герои - удивительно разные, то и характеризующие их песни тоже должны быть удивительно разными!

В подтверждение нашей мысли о многоликости, «многопластности» песенного творчества А.Лепина попробуем систематизировать его основные пласты.

1. Пласт тематический. Основные темы –

«бально-карнавальная» (нетрудно догадаться, о музыке к какому фильму идет речь; сюда же относятся вальсовые увертюры к другим кинолентам – «Мы с Вами…», «Весенние голоса» и т.д.);

«крестьянско-колхозная» («В степи», оба фильма об Иване Бровкине);

«городская рабочая» («Девушка без адреса», главные герои которой – романтичные представители тогдашней московской «лимиты»),

«городская интеллигентская» («Дайте жалобную книгу», «Человек ниоткуда»);

«детская» («Чук и Гек», «Приключения Буратино», «Приключения Толи Клюквина», «Фантазеры», упомянутая ранее песня «Здравствуй, ёлка»),

«московская» (А.Лепин – автор более десятка песен о Москве, среди которых выделяются «Здравствуй, Москва!», «Отдыхает моя столица», «Московская полька»);

«патриотическая тема», в которой, в свою очередь, выделяются «торжественные марши» (к примеру, заключительная песня в фильме «Весенние голоса», большинство «московских» песен А.Лепина, песня «День моей страны», впервые исполненная Георгом Отсом по Всесоюзному радио в день полета в космос Ю.Гагарина) и «военная лирика» (помимо песен, написанных в годы Войны, выделяется баллада «Незабудка», сочиненная в середине 60-х годов специально для К.Шульженко, и цикл «Дорогами войны» на стихи Ф.Лаубе);

«ретро» (представлена «салонными» и «полужестокими» романсами в фильмах «Карнавальная ночь» («Годы далекие»), «Дайте жалобную книгу» («Семнадцать лет»), явно «западно»-мюзикловым «Романсом Левкоевой» из кинофильма «Мы с Вами где-то встречались», блистательным танго «Возьми гитару» на слова М.Пляцковского, вознесшимся в вечность голосом К.Шульженко. Написанный в последние годы жизни «Осенний листопад» (слова С.Бенке) – симбиоз традиционного танго, джазового речитатива и новейшего (для 70-х годов) «паулсовского» стиля.

2. Пласт жанрово-стилевой. Не менее разнообразный, чем тематический. Лепин и джаз. Лепин и шансон. Лепин и романс. Лепин и «русский стиль». Лепин и «опереточный стиль». Лепин и поздний романтизм. Лепин и импрессионизм. Лепин и «молодая эстрада» 60-х. Лепин и полистиль… Это – далеко не полный перечень «музыкальных боеприпасов» из творческого арсенала композитора. Профессионал с большой буквы!

Стиль, жанр – музыкальные декодеры темы. Каждой теме – свой стиль:

«Счастливый колхозный труд» - фольк-аттака, славильная обрядная песня алла рюс (фильм «В степи»);

«Непутевый» сельский парень – баян и «баянные» песни («Солдат Иван Бровкин», «Иван Бровкин на целине»). В отличие от «Одинокой гармони» Б.Мокроусова, гармонь Лепина отнюдь не одинока!

Городская молодежь – гитара, городской песенный примитив, порой с примесью деревенских отголосков («Девушка без адреса»);

Образованные молодые горожане, интеллигенция – твист, джаз, «молодая эстрада» 60-х («Дайте жалобную книгу»);

Сказочный мультфильм, кукольная феерия – причудливая музыка, восходящая к зрелому импрессионизму («Приключения Буратино»);

Гротескный образ редактора-бюрократа – острый джазовый драйв с квазитональными эффектами («Как создавался Робинзон»)…

Внешне – все очевидно, просто, однозначно. Внутренне, в деталях – намного сложнее, извилистее, многозначнее. Скажем, герой фильма сочетает в себе крестьянскую непосредственность, рабочую прямоту и внутреннюю интеллигентность. Как это отобразить в музыке? И Лепин отобразил. В песне Паши «О чем я печалюсь, о чем я грущу» из «Девушки без адреса» стилизация гитарных песен, стремительно входивших в моду среди советской городской молодежи, соседствует с распевностью – очевидным признаком «деревенщины». А как изобразить девушку из глубинки, мечтающей стать горожанкой, к тому же москвичкой? В песенке Кати Ивановой о Москве вполне вестернизированный, относящий слушателя к авторам тогдашних «западных» мюзиклов, мело-ритмический поток щедро инкрустирован «русским наивом» в отдельных узорах мелодии (связки трихордов, мелькающая частушечность). А «крестьянско-городская» двуплановость песни «Как в степи сожженной», где побратались «фольклорность-балладность» куплета и «светская» вальсовость припева («Я люблю, но об этом никто не узнает»)!

«Карнавальная ночь» - благовонный букет множества стилей и жанров, скрепленных воедино благодаря главному композиционному принципу: музыкальный номер – гневная реакция Огурцова. Но это – лишь «технологический» срез сюжета. Есть еще срез идеологический – скрытая сверхзадача фильма: сатира на уходящую сталинскую эпоху и провозглашение нового культурного канона советской жизни. Огурцов – собирательный образ партийного выдвиженца сталинской эпохи, крикливого профана, поручающего подчиненным создать «большой массовый квартет», но при этом хорошо усвоившего «генеральную линию». Концертные номера – это вернисаж стилей и жанров, гонимых и шельмуемых властями, но всеобще любимых молодежью и «образованным классом». Поэтому «гневная реакция Огурцова» - отнюдь не «вздрыг» отдельно взятого бюрократа. Устами Огурцова глаголит вся сталинская система. Просто всесильного и грозного цэковца А.Жданова опустили до уровня клубного худрука, которого уже позволено ослушиваться, над которым позволено смеяться. И в «Карнавальной ночи» этот смех прозвучал на всю страну (имевший уши да услышал). Фортуной же композитора Лепина стало то, что столь символичная для тогдашнего общества музыка «Карнавальной ночи» принадлежала именно ему.

А музыкальные цитаты и аллюзии Лепина!

Послушайте увертюру к «Солдату Ивану Бровкину»: причудливая вязь отголосков различных «солдатских» мелодий – собственного и несобственного сочинения – уже интригует, настраивает зрителя на жизнерадостный, слегка ироничный лад (комедия все же!).

А сцена в ресторане «Одуванчик» (фильм «Дайте жалобную книгу»)! Приход загадочного посетителя, которого работники ресторана принял за ревизора, сопровождается соответствующей сменой музыкального фона: ресторанный пианист прекращает наигрывать мелодию собственного сочинения и вместо этого принимается бодро, громко и чеканно выколачивать идейно «правильную» музыку. Что же это за «правильная музыка»? Песня «Нас улица шумом встречала», написанная А.Лепиным еще в сталинские годы! Такая автоцитата – весьма прозрачный намек на то, что все «грозное начальство» - родом из Той эпохи.

А тихий, минорный раздел вальса, которым открывается и завершается «Карнавальная ночь»! Как в нем угадываются мелодические контуры знаменитой «Мурки» Оскара Строка, запрещенной в сталинские и «не рекомендованной» в последующие советские времена! Какой щемящий, трогающий сердце оттенок придает мелодии вальса эта аллюзия! Будто великосветский симфоджаз вдруг сменился небольшим парковым оркестром, а блистающий люстрами бальный зал – комнатой со свечами…

А сцена молодежного досуга в «Деревенском детективе» (1968 г.), где в хор девушек, меланхолично поющих на берегу типично девичью песенку в русском стиле, то и дело вклиняется парень, самозабвенно наяривающий рок’н’ролл... на балалайке! В каком еще фильме, в сочетании с чьею музыкой такое еще увидишь (и услышишь)?!

3. Пласт национально-культурный.

«Современные музыкальные фильмы изо всех сил тщатся быть на уровне «мировых стандартов» и, может быть, именно поэтому кажутся такими архаичными и провинциальными. Все в них как будто как надо – и красивые актрисы, и красивые туалеты, и музыка, но нет в них народной основы, и поэтому они остаются лмшь осколками, слепками, раскрашенными муляжами» - отмечал А.Лепин в газете «Советская культура» 24 декабря 1974 года. Это ли не свидетельство того, что композитор вполне сознательно ваял «народную», «национальную» начинку своих песен. Подчеркнем: разнонародную, разнонациональную. Ваял как искусный знаток-профессионал.

В творчестве А.Лепина наиболее выразителен подпласт русской, вернее - «советско-русскоязычной», «условно русской» культуры, которому в нашем очерке уже уделено достаточно внимание. В тени этого подпласта скрывается другой подпласт – Анатолс Лиепиньш как латышский национальный композитор. Желающим получить представление о латышском alter ego Лепина-Лиепиньша рекомендую посмотреть фильмы «Возвращение с победой» (1947) и «К новому берегу» (1955), снятые на Рижской киностудии – буквально с первых музыкальных звуков здесь чувствуется Латвия. Не довелось мне слушать оперу «Рассвет» и балет «Лайма», но, по свидетельству Г.Голуб (в упомянутой выше книге), национально-латышская мелодическая стихия там впечатляет. Впрочем, и в некоторых русскоязычных шлягерах Лиепиньша явно больше, чем Лепина. Достаточно вслушаться в в «Фуражечку» из «Весенних голосов», в «Танечку» из «Карнавальной ночи» или в «Польку-Карабас» из «Приключений Буратино»! Увы, нам, живущим в других национальных весях, трудно судить о тонкостях латышского музыкального строя, представления о котором у нас ограничены порой песнями Раймонда Паулса. Сведущий, даст Бог, услышит голос Латвии и в других лепинских шлягерах. Родина тянула Мастера к себе, и для нее Лепин был и оставался Анатолсом Лиепиньшем – и сердцем, и душой, и чувством вечности…

Впрочем, о потрясающей способности Лепина переключаться с одной «нацональной» стихии на другую свидетельствует хотя бы то, что ярко русская музыка к «Солдату Ивану Бровкину» и ярко латышская музыка к фильму «К новому берегу» писались одновременно – в 1955 году!

Впрочем, русско-латышским диалогом «межэтническое состязание» в музыке А.Лепина не исчерпалось. Еще в студенческие годы он написал ряд произведений с использованием мелодий разных (в т.ч. азиатских) народов СССР. Как гражданин Украины, осмелюсь не без гордости отметить и украинский след в творчестве Мастера. К примеру - в музыке к кинофильму «Огни на реке», действие которого происходит в украинском селе между Киевом и Каневом. Отголоски украинских песен и танцев то и дело слышатся в музыке Лепина, озорные игры детей «взбадриваются» стилизованными гопаком и козачком, тихо плывущий ночной пароход мечтательно оттеняет мелодия народной песни «Пливе човен» («Плывэ човэн»), а в кульминации фильма (сцена бури над Днепром) мощно и величественно звучит оркестровая фантазия на мелодию песни «Реве та стогне Дніпр широкий».

Вернемся же к биографии композитора и попробуем разобраться с «государственным отличиями», вернее – с мотивами их присвоения.

Итак, в 1945 г. А.Лепин по приглашению органов власти Советской Латвии переезжает в оную для… «строительства латвийской советской культуры». Творческими результатом «строительства» стали: первая послевоенная латышская симфония («Симфония Победы»), первый латышский советский балет («Лайма») наиболее значительное произведение А.Лепина для музыкального театра, – первая послевоенная латышская советская опера на историко-революционную тему («Рассвет»), музыка к первому художественному фильму Рижской киностудии об освобождении Латвии от немецко-фашистской оккупации «Возвращение с победой», а также ряд песен, наиболее известная из которых – «Песня о Риге» (сл. Ю.Ванагса – того самого, который написал текст Гимна Латвийской ССР), исполнена в день празднования 10-летия Советской Латвии «тысячеголосым хором». Творчеством работа в Латвии не ограничилась. А.Лепин становится членом правления Союза композиторов Латвийской ССР, соорганизатором различных музыкальных мероприятий и… депутатом Рижского горсовета (какие в СССР были выборы, общеизвестно). Все, что сочинял Лепин в Латвии, непременно исполнялось - и непременно с успехом. Вступает в КПСС. В честь 10-летия Латвийской ССР удостаивается своего первого ордена Трудового Красного Знамени (за вклад в латвийскую советскую культуру). Словом, виват придворному мэтру и «видному общественному деятелю»! Но если его творчество в этот период столь значительно, почему не выдвинули на звание народного артиста Латвии? Или на государственную премию в области искусства? А только сподобили на «трудовой» орден – будто победителя соцсоревнования у токарного станка.

В это же пятилетие А.Лепин активно работает не только на латышской ниве. Чего стоит одна лишь музыка к четырем кинофильмам московских киностудий – «Здравствуй, Москва!», «Сын полка», «Красный галстук» («Песней о дружбе» на сл. С.Михалкова, вошедшей в классику советской пионерской песни), «В степи». В эту же послевоенную пятилетку из-под пера композитора рождается великолепная «Физкультуная песня» и, наконец – знаменитая «В степи сожженной». Но орден получил – не за это. Думаю, что и не за «Лайму», при всех ее художественных достоинствах.

В январе 1956 г. А.Лепину вручают второй общесоюзный орден «Знак Почета». За что? Быть может, за музыку к «Солдату Ивану Бровкину»? Или к кинофильму «Мы с Вами где-то встречались» с популярнейшей в свое время песней «Москва поет»? Или к «Чуку и Геку»? Боюсь, что не так.

В 1955 г. А.Лепин пишет музыку к политически конъюнктурному фильму – «К новому берегу» (о борьбе за советскую власть в Латвии). Иными словами, выполняет очередной государственный заказ. Видимо, за это – и орден (что такое «Ромашка» по сравнению с борьбой за советскую власть?!).

Мне пока не удалось выяснить, за что композитор получил второй Орден Трудового Красного Знамени, но тенденция прояснена: заслуги перед Государством в то время ценились выше, чем заслуги перед Обществом, а тем более – перед Искусством! Заслуженный деятель – за республиканский Гимн. Ордена – за «советскую власть». Мудрено ли, что, даже по устоявшейся в СССР «юбилейной» традиции присвоения почетных званий, ни к 50-летию (после «Карнавальной ночи»), ни к 60-летию (после «Жалобной книги» и «Толи Клюквина»), ни к 70-летию (после великолепного Третьего фортепианного концерта), ни даже к 75-летию А.Лепина (хотя для приличия!) «прибавки в званиях» так и не произошло. К заслугам Мастера перед Искусством государство осталось глухо.

……

Ничто не идеально в этом мире. Не все гениально даже у гениев. Но что характерно: стоит какому-либо композитору укорениться в истории с одной-единственной песней, как исследователи наперебой бросаются собирать любые крохи его биографии, источая бесчисленные восторги по поводу каждой из них. Тот же, чьи «вошедшие в народ» песни исчисляются десятками, остается без соответствующего заслугам внимания.

Более четверти века душа Анатолия Лепина пребывает на небесах. Его песни продолжают звучать на земле. О, если бы в тон этим звонким, «звездным» песням так же звонко, «звездно» зазвучало имя их создателя! Даст Бог, мой публицистический станс хотя бы в малой части этому поможет.

 

P.s. Все упомянутые в тексте песни и киномузыка А.Лепина в настоящее время размещены в сети Интернет. В частности, песни можно послушать на страничках, посвященных творчеству А.Лепина, на сайтах «Красная книга российской эстрады» (http://kkre-5.narod.ru/lepin.htm), «SovMusik.ru» (http://sovmusic.ru/person.php?idperson=24), «Песни из отечественных кинофильмов» (http://pesnifilm.ru/load/anatolij_lepin/240) и т.д.

Текст книги Гуны Голуб в Интернете пока что не размещен, но книга имеется во многих библиотеках. Вот ее библиографические даные:

 

Голуб Г. А. Анатолий Лепин / Голуб Гуна Антоновна. — М. : Сов. композитор, 1988. — 180 с.

 
© Олександр Різник, Київ - 2010 р.